«Четыре Турса», Скирнир и приворот

Массовое увлечение наших современников оккультизмом, в частности скандинавскими рунами и связанными с ними эзотерическими практиками, привело к возникновению нескольких шаблонных утверждений, чаще всего принимаемых в сообществе интересующихся этой темой на веру как общепринятые и бесспорные. Случается ли это в силу излишнего доверия аудитории авторам подобных утверждений или незнания ею источников и неумения работать с ними, так или иначе существует проблема несоответствия большинства таких шаблонов действительности.

 Одним из таких весьма распространенных шаблонов является утверждение, сделанное на основе содержания песни Старшей Эдды “Skírnismál” (дословно - “Речи Скирнира”, название песни переведено разными переводчиками как “Поездка Скирнира” (А.Корсун) и “Песнь о Скирнире” (С.Свириденко)). Это утверждение гласит, что Скирнир, согласно данной песне, применяет к великанше Герд приворотное заклятие, которое выражается в рунической формуле, состоящей из четырежды повторенной руны “Турс” (Thurisaz). Кто является автором данного утверждения - доподлинно неизвестно, в литературе оно впервые появляется в книге Э.Торссона “Северная Магия”, где написано буквально следующее:

“Грубое приворотное заклинание, обеспечивающее быстрое, но кратковременное соединение мужских и женских энергетических потоков, что приводит к возникновению сильного взаимного влечения. Срок действия около месяца. Рабочая комбинация рун - четырехкратно повторенная руна Турисаз.”

Ниже рассмотрим, насколько такое утверждение верно, по крайней мере насколько “Skírnismál” может являться для него основанием.

Эддическая песня “Skírnismál” рассказывает о том, как бог Фрейр влюбился в Герд -обитательницу страны великанов Йотунхейм. Пожелав получить великаншу себе в жены, он, согласно древнегерманским обычаям сватовства, посылает к возлюбленной своего слугу Скирнира с предложением замужества. (Излагая здесь краткое содержание песни, автор статьи опускает подробности, несущественные для темы исследования. Полный текст песни, включая оригинал на древнеисландском языке, доступен по адресу http://www.norse.ulver.com/edda/skirnis.html). Гордая Герд отвергает предложение. Согласно обычаю, Скирнир предлагает ей дорогие подарки - Герд отвергает и их. Опять же как было принято в древней Скандинавии, получив отказ (а отказ принять подарок - ни что иное как оскорбление), Скирнир переходит к угрозам и произносит длинную речь, в которой красочно расписывает, что в случае дальнейшего упорства Герд он сначала убьёт ее отца, а затем заколдует ее, наложив страшное проклятие, обрекающие девушку на великие страдания. Не только словами, но и действиями Скирнир демонстрирует намерение немедленно претворить свои угрозы в жизнь. Герд, оценив ситуацию, уступает и соглашается на замужество с Фрейром. Вот оригинальный текст и два варианта перевода интересующего нас отрывка:

Оригинал

Перевод А.Корсуна

Перевод С.Свириденко

 

 

 

 

25

Skírnir kvað:

"Sér þú þenna mæki, mær,
mjóvan, málfáan,
er ek hef í hendi hér?
Fyr þessum eggjum
hnígr sá inn aldni jötunn,
verðr þinn feigr faðir.

Скирнир сказал:

«Видишь ты меч
в ладони моей,
изукрашенный знаками?
Старого турса
я им поражу,
в поединке падет он.

Скирнир сказал:

Видишь ты меч мой, умело украшенный,
Острый, вот в этой руке?
Им я убью престарелого йотуна —
В поединке падет твой отец.

 

26

 

Tamsvendi ek þik drep,
en ek þik temja mun,
mær, at mínum munum;
þar skaltu ganga,
er þik gumna synir
síðan æva séi.

 

Жезлом укрощенья
ударю тебя,
покоришься мне, дева;
туда ты пойдешь,
где люди тебя
вовек не увидят.

 

Жезлом чародейским я деву ударю,
Чтобы воле моей подчинить.
Уйдешь ты туда, где потомки людей
Не увидят вовеки тебя.

 

27

 

Ara þúfu á
skaltu ár sitja,
horfa heimi ór,
snugga heljar til;
matr né þér meir leiðr
en manna hveim
innfráni ormr með firum.

 

На орлиной скале
ты будешь сидеть,
не глядя на мир,
Хель озирая;
еда тебе будет
противней, чем змеи
для взора людского!

 

Будешь сидеть под крылами Орла ты;
Из мира засматривать в Ѓэль.
Там тебе пища противнее станет,
Чем скользкие змеи природе людской.

 

28

 

At undrsjónum þú verðir,
er þú út kemr;
á þik Hrímnir hari,
á þik hotvetna stari;
víðkunnari þú verðir
en vörðr með goðum,
gapi þú grindum frá.

 

Чудищем станешь,
для всех, кто увидит!
Пусть Хримнир глазеет,
всяк пусть глазеет!
Прославишься больше,
чем сторож богов,
сквозь решетку глядящая!

 

Для всех будь ты чудищем, чуть где покажешься.
Пусть Ѓримнир с насмешкой в лицо твое смотрит,
Пусть везде на тебя лишь с издевкой глядят.
Пусть все знают тебя, как хранителя Бифроста знают;
Сквозь решетку позорно глазей.


29

 

Tópi ok ópi,
tjösull ok óþoli,
vaxi þér tár með trega.
Sezk þú niðr,
en ek mun segja þér
sváran súsbreka
ok tvennan trega:

 

Безумье и муки,
бред и тревога,
отчаянье, боль
пусть возрастают!
Сядь предо мной —
нашлю на тебя
черную похоть
и горе сугубое!

 

Боль и забота, туга и горе
Пусть тебе в тягость растут!
Отдохнуть если сядешь, мои заклинанья
Принесут тебе бо́льшую боль,
Примешь худшую ты тяготу.

 

30

 

Tramar gneypa
þik skulu gerstan dag
jötna görðum í;
til hrímþursa hallar
þú skalt hverjan dag
kranga kostalaus,
kranga kostavön;
grát at gamni
skaltu í gögn hafa
ok leiða með tárum trega.

 

Тролли вседневно
тебя будут мучить
в жилье исполинов;
в дом турсов инея
будешь всегда
безвольно плестись,
неизбежно плестись;
не радость познаешь,
но тяжкое горе
и скорбные слезы.

 

Каждый день злые духи пусть мучат безмерно
В земле исполинов тебя!
Вместо радости сладкой знай плач безотрадный,
Томись и терзайся в слезах.

 

31

 

Með þursi þríhöfðuðum
þú skalt æ nara,
eða verlaus vera;
þitt geð grípi,
þik morn morni;
ver þú sem þistill,
sá er var þrunginn
í önn ofanverða.

 

Трехглавого станешь
турса женой
или замуж не выйдешь!
От похоти сохни,
зачахни от хвори!
Будь, как волчец,
что под камень кладут,
жатву закончив!

 

С исполином дели трехголовым ты ложе,
Или вовсе без мужа живи!
Изнывай ты в мученьях, зачахни от чар;
Вся иссохни, как в сене волчец
Под кровлей людского двора.

 

32

 

Til holts ek gekk
ok til hrás viðar,
gambantein at geta,
gambantein ek gat.

 

Я в рощу пошел,
в сырую дубраву
за прутом волшебным;
взял прут волшебный.

 

В лес я отправлюсь, в зеленую чащу,
Чтоб волшебную ветку сорвать…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Я волшебную ветку нашел.

 

33

 

Reiðr er þér Óðinn,
reiðr er þér Ásabragr,
þik skal Freyr fíask,
in firinilla mær,
en þú fengit hefr
gambanreiði goða.

 

Ты разгневала Одина,
асов главу,
Фрейр тебе враг:
преступная дева,
навлекла ты богов
неистовый гнев.

 

На тебя гневен Один, из асов всех лучший,
И сам Фреир врагом станет Гердр.
Бессердечная дева! К себе возбудила
Вражду ты всех добрых богов.

 

34

 

Heyri jötnar,
heyri hrímþursar,
synir Suttungs,
sjálfir ásliðar,
hvé ek fyrbýð,
hvé ek fyrirbanna
manna glaum mani,
manna nyt mani.

 

Слушайте, ётуны,
слушайте, турсы,
Суттунга семя,
и сами асы!
Запрет налагаю,
заклятье кладу
на девы утехи,
на девичьи услады!

 

Слушайте, йотуны! Слушайте, турсы,
Суттунгра семя!
Слушайте, асы!
Околдую я деву, заклятье кладу я:
С мужем ей в счастье не жить,
С мужем утех не иметь.

 

35

 

Hrímgrímnir heitir þurs,
er þik hafa skal
fyr nágrindr neðan;
þar þér vílmegir
á viðarrótum
geitahland gefi;
æðri drykkju
fá þú aldregi,
mær, af þínum munum,
mær, at mínum munum

 

Хримгримнир турc
за решетку смерти
посадит тебя;
тролли напоят
тебя под землею
козьей мочой;
вкуснее питья
ты не получишь,
не по воле твоей,
но по воле моей!

 

Ѓримѓримнир тот турс, что владеть тобой должен
В мире мертвых, в подземной тьме.
Каждодневно к жилью исполина ты станешь
Без питанья ползти,
С тощим телом ползти.

У корней ты лесных от невольников будешь
Козью мочу получать —
И лучшего ты не получишь напитка;
Будет не так, как ты бы хотела —
Будет с тобою, как я захочу!

 

36

 

Þurs ríst ek þér
ok þríá stafi,
ergi ok æði ok óþola;
svá ek þat af ríst,
sem ek þat á reist,
ef gerask þarfar þess."

 

Руны я режу —
«турc» и еще три:
похоть, безумье
и беспокойство;
но истреблю их,
так же как резал,
когда захочу».

 

Я вырежу «турс» и три тайные знака —
Похоть, скорбь и безумье в удел тебе дам.
Но от злой ворожбы той могу я избавить
И снять чары, когда захочу.

 

37

 

Gerðr kvað:

"Heill ver þú nú heldr, sveinn,
ok tak við hrímkálki,
fullum forns mjaðar;
þó hafðak ek þat ætlat,
at myndak aldregi
unna vaningja vel."

 

Герд сказала:

«Нет, лучше прими
привет мой и кубок
старого меда!
Не помышляла я,
что полюблю
ванов потомка».

 

Гердр сказала:

Скирнир, постой! Меду старого кубок
Я для свата с приветом подам. —
Но не думала я, что отдать мне придется
Сыну ванов любви моей дар!…

Уважаемые читатели скорее всего привыкли к единственному переводу этого текста, сделанному А.Корсуном, и наверное многие из них даже не догадывались доселе о существовании альтернативного перевода С.Свириденко и несоответствий оригиналу, встречающихся в обоих вариантах.

Как видно из текста и было сказано выше, Скирнир угрожает Герд страшным проклятием. Наложить это проклятие он собирается, ударив девушку палочкой (прутом) с вырезанными на ней колдовскими знаками, упоминаемую по тексту как «tamsvendi» и «gambantein». Он приносит эту палочку из леса, вырезает на ней знаки, но не успевает завершить действие, ударив Герд, поскольку та резко меняет решение, очевидно испугавшись грозящей участи.

Как уважаемые читатели наверняка успели заметить, в данном тексте нет речи о приворотном заклинании: есть угрозы проклятия, причем так и не исполненные. Магическое действие не было произведено, а согласие Герд на замужество – результат угроз, а не овладения Скирниром ее волей. Таким образом, знаки, вырезанные Скирниром на волшебной палочке, имеют отношение к описываемому проклятию, но не к привороту.

Далее попытаемся установить, могли ли являться упомянутые знаки формулой из четырех рун «Турс» (Thurs, Thorn, Thurisaz). Рассмотрим доводы сторонников этой теории:

1. Если в древнескандинавском тексте идет речь об изображении знаков, то это руны.

Совершенно необязательно. История знает  множество иных, нерунических знаков, использовавшихся древними скандинавами наряду с рунами, а также различных частично основанных на рунах колдовских знаков, распространением которых характеризуется эпоха записи эддических текстов. Слово «stafr», употребленное в ст. 36 во множественном числе («stafi») имеет множество значений, применимо к изображению это может быть как «руна» (буква), так и «знак» вообще.

2. Упомянутый в тексте знак «турс» однозначно предполагает руну «Турс» (Thurs, Thorn, Thurisaz).

«Þurs ríst ek þér» дословно переводится как «Турс(а) я режу тебе». Весьма вероятно, что речь идет именно о руне «Турс». Однако необязательно, поскольку, как было сказано выше, это может быть нерунический знак, в данном случае названный «Турсом». Также это может быть знак, составленный на основе рун: лигатура (бинд-руна) или гальдрастав, или же слово «Турс», записанное рунами. Оснований для однозначного определения упомянутого «Турса» как одноименной руны текст не дает.

3. Слова «Турс и еще три» означают «руна Турс и еще три руны Турс».

О рунах и «Турсе» сказано выше, поговорим о троекратном повторении первого знака. В оригинальном тексте сказано буквально следующее: «Þurs ríst ek þér ok þríá stafi», что дословно переводится как «Турс(а) я режу тебе и (еще) три знака». С.Свириденко переводит эту фразу близко к оригиналу: «Я вырежу «турс» и три тайные знака». Очевидно, что конструкция данной фразы предполагает различие понятий, упоминаемых до и после союза «и» («ok»). В  общеиспользуемом переводе А.Корсуна говорится «руны я режу: Турс и еще три», что является неточностью перевода, сильно искажающей смысл текста.  По всей видимости, Эдред Торссон при написании своей книги «Северая Магия» пользовался английским переводом текста, содержащим схожую  ошибку, и не обращался к оригиналу.

Таким образом, упомянутый в ст. 36 «Турс» совсем необязательно руна «Турс», а три знака, о которых говорится далее, неодинаковы ни с первым (что однозначно), ни между собой (что настолько же вероятно, насколько их одинаковость). Следовательно, эддический текст “Skírnismál” не может являться основанием для «шаблонного» утверждения о том, что формула из четырех рун «Турс» является приворотным заклинанием. Возникновение данного утверждения из этого источника ошибочно. А значит ошибочны и рассуждения современных «рунических практиков» относительно мистических механизмов действия формулы из четырех рун «Турс» с учетом сюжета данной эддической песни («соединение мужских и женских энергетических потоков», «мощная сексуальная привязка» и прочие малопонятные им самим образы).

Во избежание подобных ошибок в ходе изучения рун и Северной Традиции, можно посоветовать уважаемым читателям не доверять первой попавшейся информации и чаще обращаться к первоисточникам, благо они общедоступны.

Сигвальд Годи, 2012 г.